Каталог товаров Главная Новости Фото Контакты
 
Меню сайта
ГЛАВНАЯ

О ПАСЕКЕ
новости
история пасеки
генеалогическое древо
пчеловоды-художники
Наш мёд в Японии
наши партнеры
фотографии

ПРОДУКЦИЯ
мёд
мёд бортевой, дикий мёд
пыльца
перга
прополис
медовуха
вощина
жир барсучий
сушеные грибы
забрус
бальзамы, мази, масла

КЛУБ ЗДОРОВЬЯ
вход для членов клуба

ЛЕЧЕНИЕ МЕДОМ И ПЧЕЛОПРОДУКЦИЕЙ (апитерапия)
целебник
медовая диета
медовая косметика
медовая кулинария

БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ

КНИГА ОТЗЫВОВ

КОНТАКТЫ

Задать нам вопрос


Купить

Иконописцы, пчеловоды

В нашей семье хранится старинная икона 18 века. Большая, уже потемневшая от времени, в чеканном окладе. Все важные события (проводы в армию, свадьбы, начало медосбора начинались с благословления этой иконой. Икона всегда передавалась старшему сыну. Мне она осталась от отца, Анатолия Ефимовича Чернецова, ему от деда Ефима, деду от прадеда Василия Чернецова. Прадед привёз её с собой в Сибирь в конце 19 века. Никто никогда её не снимал, не прятал. Перед этой иконой подолгу молилась наша бабушка Мария Сидоровна – добрый, набожный человек. Мария Сидоровна родилась в большой и дружной семье Демко – известнейших в нашем крае пчеловодов. Мы были маленькими, и помним только, что бабушка говорила, что икону написал наш родственник-иконописец, и было это давно, задолго до революции. Вскоре, после того, как я вернулся из армии и решил, заняться пчеловодством, отец, Анатолий Ефимович Чернецов, решил передать икону мне. Тогда отец рассказал, что на самом деле, по семейному преданию, автор иконы - наш прямой предок, мастер-иконописец Евграф Чернецов. Известно, что отца Евграфа, звали Василий – был священником и духовником боярина Артемона Матвеева. От него и пошла наша фамилия – Чернецовы. На Руси часто монахов и священников называли «чернецами». А детей священников – «чернецовыми». Где-то в конце 17 – начале 18 века поселилась семья Чернецовых в городе Лухи. Все сыновья этого священника: Евграф, Григорий, Никанор и Поликарп отличались большими способностями к изобразительным искусствам. Старший брат посвятил себя иконописи, и, отрывая от своей семьи последнее, учил младших братьев Григория и Никанора. С большим трудом удалось братьям отправиться учиться живописи в Петербург. Григорий и Никанор стали знаменитыми мастерами. Много путешествовали, объездили полмира: были в Италии, Египте, Палестине, на Кавказе. О работоспособности братьев ходили легенды. Художники оставили большое наследие: тысячи рисунков, более 200 портретов. Работами братьев Чернецовых восхищались А.С.Пушкин и В. Жуковский. Но, несмотря на мировую известность, жизнь братьев была полна материальных лишений. Брат Евграф всю жизнь помогла младшим братьям-художникам. Зарабатывал он на жизнь тем, что же писал иконы для местного духовенства и бояр. По семейному преданию, он пережил своих знаменитых братьев, видел их каторжный труд художников, угасание и смерть в нищете, и поэтому, запретил своим сыновьям заниматься какими бы то ни было «художествами». Но почти в каждом поколении Чернецовых, рождался ребёнок с большими способностями к рисованию.

В 19 веке наша семья переехала в Белоруссию, а затем, уже во времена столыпинских реформ подались в Сибирь. Анатолий Ефимович помнит, что его дед, уже после того, как семья переселилась в Сибирь, любил рассказывать односельчанам о том, как были у них в роду знаменитые художники, жили они в Санкт-Петербурге, рисовали царей и парады, ездили на Святую Землю. Но мало кто в деревне в это верил. Тогда дед Чернец брал уголь, кусок какой-нибудь доски и легко рисовал портрет наиболее недоверчивого слушателя. Портрет дарился скептику.
Иконописцы, пчеловоды

Переселение и первые годы в Сибири.

Решение перевезти семью в Сибирь принял в конце 19 века Василий Чернецов. В то время, крестьянам выделялись «подъемные деньги», созданный «Крестьянский банк» предоставлял переселенцам долгосрочный беспроцентный займ (10 –50 лет) на приобретение земельного надела, сельхозинвентаря. Ехали целыми улицами, деревнями, со скарбом, имуществом, скотом. «Столыпинские вагоны» делись дощатыми перегородками на две части. В одной люди и пожитки, во второй половине скот.

Место, на которое приехали мои предки, было абсолютно дикое: тайга, лес, звери. Но радовало обилие в лесу грибов и ягод, рыбы в реках, возможность таёжного промысла. Первые несколько лет большая семья Чернецовых, как и многие переселенцы, ютились в землянках. По метру приходилось отвоёвывать у тайги землю под пашню, покос, огород.

Чернецовы одновременно занимались и пасекой. Сибирское разнотравье обещало хорошие медосборы, несмотря на короткое сибирское лето. Чтобы поставить первые улья, мой дед Чернец выкорчевывал вековые деревья.

За несколько лет поселенцы отстроились и на карте Сибири появилась новая деревня с красивым названием «Ивлевка». Перед революцией пасека Чернецовых уже насчитывала 100 ульев. Мед возили на ярмарки, реализовывался он в Красноярске в магазине купца Кузнецова.

Занимались промыслом и бортевого меда. В Сибири не растут дубы и другие деревья с большими природными дуплами. Чернецовы изготавливали бортии из сосны, устанавливали их в тайге. В бортиях селились дикие пчелы. А к осени бортий был полон целебнейшим медом. Бортевой мед поставлялся в аптеки Красноярска, и где он продавался, как лекарство. Традиции бортевого пчеловодства сохранились в нашей семье до сегодняших дней.

Революция, а затем и коллективизация многое изменила в стране. Сибирь, как и вся Россия, переживала большие потрясения. Но наша семья всегда жила своим внутренним укладом: верили в Бога, крестили детей, женили сыновей, дочерей., и Раскулачивания и ссылки позволило избежать то, что семья была многодетной, на пасеке работали все, от мала до велика, не нанимая работников. По этой причине кулаками считаться не могли. Мой дед Ефим Чернецов вступили в колхоз, отдав всё нажитое имущество, и по-прежнему работал на пасеке. Из пасеки Чернецовых было организованно три колхозных пасечных хозяйства. В годы Великой Отечественной войны потребность в меде увеличилась. Его отправляли на фронт, в госпитали Красноярска. В то же время, медосборы были небывалыми. Анатолий Ефимович Чернецов, вспоминает, что не было емкостей для хранения меда. В земле выкапывались полутораметровые ямы, выстилались лопухами, и в них сливали откачанный мед. Мед был и лекарством, и «конфетой». Мед с пасеки Чернецовых отправляли в военные госпитали Красноярска. Мед оставался единственной полезной и доступной сладостью в голодные военные годы для сельских детей.

Хрущёв на пасеке.

Закончилась война. Казалось бы, станет немного легче. Но как вспоминал, Анатолий Ефимович Чернецов, годы хрущёвского правления оказались для крестьян очень тяжёлыми. Старожилы ещё помнят, что такое «продовольственный налог». Этим налогом облагался каждый поросёнок, каждая курица в подсобном хозяйстве крестьянина. Ввёл Хрущев такой налог и на ульи. «Хорошо, что не с каждой пчелы». Приходилось пчеловодам прятать личные улья в тайге или ставить борти. Борти налогом не облагались, так как считались промыслом. В тайге же держали личную скотину. За три пять километров в тайгу ходили бабы доить коров, и шли домой, пряча под юбкой молоко для детей.

Когда Никита Сергеевич Хрущёв приезжал в Красноярский край, и ездил по районам, то интересовался он не только кукурузой, но и пчеловодством. В программе поездки первого секретаря было посещение лучшего пчеловодческого хозяйства края. Повезли Никиту Сергеевича, разумеется, на пасеку колхоза «Им. Кирова». Принимать высокого гостя должны были пчеловоды-передовики Чернецовы и Демко. (жена деда Ефима бабушка Мария Сидоровна приходилась братьям Демко сестрой). Дед рассказывал, как его вызывали заранее в органы и брали расписку, от «имени пчёл», что те не покусают первого секретаря партии. Дед шутил, что хотел он и от имени комаров обязательство написать, но не потребовалось. Ещё дед рассказывал, в те года на нашем очень красивом озере, неподалёку от деревни Ивлевка селилось огромное количество диких уток, и всякой водоплавающей птицы, и Никита Сергеевич, страстный охотник, сразу же потребовал ружье, и даже подстрелил пару птиц. Другие подробности визита Никиты Сергеевича Хрущева на пасеку я плохо помню. Жаль, что не записывал рассказы деда.

Вскоре, первым героем Социалистического труда по пчеловодству в СССР стал наш родственник и земляк Алексей Демко. Пчеловодов в нашей деревне называли «кормильцами». Ещё бы, в медовые годы до 80% дохода колхоза давала пасека.

Так что были у нас в роду крестьяне, священники, художники, пчеловоды… Пчеловодство остаётся делом моей жизни. Сейчас подрастает новое поколение Чернецовых. Мой старший сын Иван с детства пономарь в церкви Св.Веры Св. Надежды Св. Любви. Значит семейные устои, традиции и преемственность сохраняются.